Чёрная дыра надежд: математика подтвердила тотальное одиночество людей в космосе
В авторской программе "Клуб главного редактора" главного редактора Pravda.Ru Инны Новиковой астроном, астрофизик, популяризатор науки, доктор физико-математических наук, завотделом физики и эволюции звёзд ИА РАН Дмитрий Вибе объясняет, почему космическая эра началась со спутника, а не с полёта человека и зачем человечеству Луна. Речь также о главных тайнах Вселенной, поиске внеземной жизни и том, почему НЛО остаются без доказательств.
Начало космической эры: спутник или человек— Что вы считаете настоящим началом космической эры — идеи Циолковского, запуск спутника в 1957 году или полёт человека?
— По моему ощущению, это, конечно, 4 октября 1957 года. Идея — это замечательно, но её недостаточно. У человечества никогда не было дефицита хороших идей. Важно другое — облечь идею в железо и заставить её работать. Это и произошло в 1957 году. Полёт человека в космос стал важным, но всё же вторым шагом.
Главное достижение космической эпохи— Если говорить о периоде с 1957 года до наших дней, что вы считаете самым важным открытием?
— Здесь важнее не отдельное событие, а общий тренд — всё более глубокое проникновение человечества в Солнечную систему. То, что начиналось с облётов Земли, превратилось в полёты практически ко всем планетам. Наши аппараты вышли далеко за пределы орбит основных планет.
Фактически не осталось ни одной планеты, возле которой не побывали бы аппараты, за исключением Урана и Нептуна — там ещё предстоит работа. Мы настолько хорошо изучили Марс и Луну, что их поверхности знаем едва ли не лучше, чем поверхность Земли.
Всё это ведёт к следующему этапу — колонизации ближайших тел Солнечной системы, прежде всего Луны. Это уже не только научный, но и общечеловеческий тренд.
Почему Луна, а не Марс— Почему именно Луна? Ведь, например, Илон Маск говорит о Марсе как о более перспективном месте для колонии.
— Луна — это тренировочная база. Идеи, безусловно, важны, но их нужно реализовывать. У Луны есть ключевое преимущество перед Марсом — расстояние. До неё можно долететь за несколько дней.
— А в чём практический смысл такой базы — производство, эксперименты?
— Дело не столько в практическом использовании, сколько в отработке навыков. За 65 лет пилотируемых полётов мы прошли путь от героических миссий до рутины. Раньше каждый полёт был событием мирового масштаба, сейчас работа на орбите стала обыденностью.
Сегодня существуют несколько пилотируемых станций, к полётам готовятся новые страны. Космос перестал быть новостью. Следующий шаг — сделать рутинными полёты за пределы околоземной орбиты. Не ради добычи ресурсов, а ради самого факта — чтобы это стало обычным делом. Потому что полёт на Марс — это крайне сложная задача.
Нужна ли Луна для науки— А насколько Луна важна для научных экспериментов? Может ли она дать новые возможности?
— Если говорить об астрономии, идея лунной обсерватории не так проста, как кажется. Телескоп, выведенный на орбиту, уже находится вне атмосферы и отлично работает. Зачем его ещё доставлять на Луну с дополнительными сложностями?
Есть исключения — например, радиоастрономия. Земля сильно "шумит" в радиодиапазоне, и наблюдения затруднены даже в околоземном пространстве. В этом случае обратная сторона Луны может стать идеальным местом для радиотелескопа, защищённого от помех.
Но в целом выгоды лунной обсерватории неочевидны. То, что можно делать на орбите, вряд ли станет существенно проще или лучше на Луне.
Главные вопросы о Вселенной— Какой главный вопрос о Вселенной остаётся без ответа?
— Таких вопросов два. Первый — как появилась Вселенная. Второй — как в ней появились мы. Эти вопросы связаны между собой и ведут к ещё одному — одни ли мы во Вселенной.
Если мы не понимаем, как возникла жизнь на Земле, мы не можем судить, мог ли этот процесс повториться где-то ещё.
— А теория Большого взрыва?
— Это очень хорошая модель, которая объясняет множество наблюдений. Но у неё есть предел применимости. Если мы уходим достаточно далеко в прошлое, наши физические законы перестают работать, и мы не знаем, что происходило. Теория описывает развитие Вселенной после начала, но не объясняет само начало.
Можно ли понять Вселенную— Можно ли вообще это осознать?
— А зачем обязательно осознавать? До конца XIX века казалось, что всё в мире можно понять интуитивно. Но с появлением теории относительности и квантовой механики стало ясно: есть вещи, которые мы не можем представить, но можем описать математически.
Эти модели работают, дают точные предсказания и позволяют создавать технологии. Этого достаточно. Мир не обязан быть интуитивно понятным — достаточно, чтобы он работал.
Почему Вселенная "подходит" для жизни— Как связаны вопросы происхождения Вселенной и существования жизни?
— Когда мы смотрим на Вселенную, создаётся впечатление, что она очень точно настроена для нашего существования. Можно сказать, что её кто-то создал такой — но это не объяснение, а отказ от него.
Научный подход говорит: у Вселенной есть параметры, которые позволяют существовать жизни. Вероятность того, что они именно такие, очень мала. Это создаёт ощущение дисгармонии.
Один из способов это объяснить — предположить, что вселенных много. В каждой из них параметры разные. И в одной из них — нашей — они оказались подходящими для появления жизни. Это красивая гипотеза, но для её подтверждения нужно понять механизм.
"Вояджеры" и границы Солнечной системы— Какова роль миссий "Вояджер" и есть ли шанс, что их кто-то обнаружит?
— Эти аппараты — выдающееся достижение. Они работают почти 50 лет и решили огромное количество научных задач. В частности, дали нам первые подробные данные о планетах-гигантах.
Сейчас они находятся на расстоянии около 160 астрономических единиц от Солнца и уже вышли за пределы гелиосферы — области, где доминирует солнечный ветер. Они передают данные о межзвёздном пространстве.
Но даже при таком расстоянии это очень близко по космическим меркам. До ближайшей звезды — более четырёх световых лет.
Можно ли связаться с инопланетянами— Есть ли шанс установить контакт с разумной жизнью?
— Мы можем отправлять сигналы, и мы это делаем. Но их энергия крайне мала. На расстоянии больше, чем до ближайшей звезды, мы сами себя уже не обнаружим.
Чтобы сигнал был заметен на больших расстояниях, нужна гораздо более развитая цивилизация с доступом к огромным энергетическим ресурсам. Мы можем принять такой сигнал, но для этого нужно целенаправленно его искать.
Пока мы исследовали лишь ничтожную часть Вселенной. Даже если сигнал есть, мы могли его просто не заметить.
НЛО: где заканчиваются разговоры и начинается наука— Как вы относитесь к сообщениям об НЛО?
— Проблема в том, что при огромном количестве разговоров практически нет измеряемых данных. Наука не работает с рассказами — ей нужны измерения: скорости, температуры, расстояния.
Фотографии тоже не дают достаточной информации. Нужны приборные данные. Пока их нет, говорить не о чем.
— Но ведь многие утверждают, что видели НЛО.
— Я тоже видел НЛО. Это значит лишь то, что я видел объект, который не смог опознать. НЛО — это неопознанный объект, а не обязательно корабль пришельцев.
Люди действительно что-то наблюдают, и часто искренне. Но отсутствие объяснения не делает явление чем-то необычным. Во многих случаях просто не хватает данных, чтобы понять, что это было.
Темы нло марс луна космос спутник дмитрий вибе