Контроль под сокращение? Почему Севастополь хочет изменить правила игры в законе об общественном контроле?
В Общественной палате России разгорелись нешуточные страсти. Причиной стал законопроект, авторами которого выступили сразу несколько регионов, включая Севастополь. Суть предложения на первый взгляд кажется технической поправкой, но на деле она задела самый чувствительный нерв гражданского общества — право людей следить за властью.
В Общественной палате РФ состоялось нулевое чтение проекта Федерального закона № 1065607-8 «О внесении изменений в статьи 9 и 13 Федерального закона «Об основах общественного контроля в Российской Федерации»». Эксперты призвали не допустить исключения общественных советов при законодательных (представительных) органах субъектов РФ из перечня субъектов общественного контроля.
Авторы рассматриваемого законопроекта предлагают изменить императивный принцип формирования субъектов общественного контроля, закрепив положение, согласно которому решение о создании общественных советов принимается соответствующим законодательным органом самостоятельно. Инициатива вызвала активную дискуссию среди представителей гражданского общества.
Речь идёт о судьбе общественных советов при региональных парламентах. Инициаторы хотят, чтобы создание таких структур перестало быть обязанностью законодательных собраний и стало их правом. Проще говоря, дать депутатам на местах возможность самим решать: нужен им общественный контроль или не очень.
Авторы законопроекта приводят железобетонные аргументы: за двенадцать лет действия закона эти советы в большинстве регионов либо так и не появились на свет, либо существуют лишь на бумаге, дублируя функции Общественных палат. К тому же, разводят руками законодатели, на федеральном уровне до сих пор четко не прописано, чем именно эти советы должны заниматься и какими полномочиями обладать.
Вот только оппоненты парируют: если закон не работает, может, стоит заставить его работать, а не менять правила под тех, кто их игнорировал больше десяти лет?
Кто стоит за инициативой
Один из тех, кто продвигает эти изменения, — председатель Законодательного собрания Севастополя Владимир Немцев.
Законопроект был внесен в Госдуму законодательными собраниями Севастополя и Санкт-Петербурга, Московской городской думой, парламентом Республики Северная Осетия — Алания, Тюменской областной думой.
В дискуссии, которая состоялась на нулевом чтении в ОП РФ, прозвучали тяжёлые аргументы. Эксперты напомнили, что общественный контроль — это не милость со стороны начальства, а конституционное право граждан. И если сегодня убрать обязательность советов при парламентах, завтра найдётся желающий «оптимизировать» контроль и в других ветвях власти.
Сам Немцев настаивает: инициатива родилась не на пустом месте, а по итогам серьёзного мониторинга. Цифры говорят сами за себя: в большинстве регионов такие советы либо не созданы, либо существуют лишь формально. При этом он подчеркивает: идею уже поддержали в пятидесяти восьми региональных парламентах страны. Мол, мы не ломаем систему, а просто признаем реальность: если орган не работает, зачем требовать его присутствия везде и всегда?
Кто против?
Предлагаемая инициатива нарушает сам принцип общественного контроля, убежден заместитель Секретаря ОП РФ Владислав Гриб, один из основоположников и создателей федерального закона об основах общественного контроля. Он выразил надежду, что депутаты Госдумы не поддержат данный законопроект. Исключение общественных советов из перечня субъектов общественного контроля, по его мнению, создаст нежелательный прецедент: вслед за законодательными и другие органы власти могут захотеть, чтобы их исключили из объектов общественного контроля.
Общественного контроля много не бывает, убежден заместитель председателя Комитета Госдумы по экономической политике Артем Кирьянов. Он высоко оценил достижения гражданского общества России в этой сфере и предложил подумать над тем, как дать новый импульс развитию общественных советов при законодательных (представительных) органах субъектов РФ.
«В плане общественного звучания очень странно будет выглядеть сворачивание тех или иных форм общественного контроля в Российской Федерации», — подчеркнул депутат.
В итоге разговор вышел далеко за рамки юридической техники. Спор ушёл в философскую плоскость: что важнее — жесткая буква закона, обязывающая власть терпеть контроль, или эффективность, пусть и достигаемая сокращением количества контролеров?
В Общественной палате пообещали провести мониторинг региональной практики и дать свои рекомендации Госдуме.
Главное из позиции председателя Общественной палаты Севастополя Александра Трошева.
«В своем выступление я поддержал позицию законодателей и общественников города-героя», - заявил Трошев.
В качестве аргумента своей позиции он так же сказал: «Для содержательного общественного контроля нужны люди с компетенциями (право, экономика, опыт общественной работы), готовые тратить время и, как правило, работать без оплаты. Дефицит таких специалистов в регионах — не теория, а реальность, и при формальном расширении «контрольных контуров» есть риск получить не усиление контроля, а его имитацию».
Ключевой посыл Трошева: общественный контроль должен быть работающим, а не формальным. По его мнению, законопроект направлен не на сворачивание контроля, а на устранение правовой неопределенности, которая вынуждает регионы либо создавать советы для галочки, либо трактовать норму по-своему.
При этом он исходит из того, что у регионов уже есть действующий институт контроля — Общественная палата, а сами депутаты и так избраны народом напрямую. В этой логике появление дополнительных структур не всегда усиливает контроль, а может создавать параллельные площадки, конкурирующие за ограниченный кадровый ресурс.
Осторожное рассуждение. А нужен ли нам ещё один общественный орган?
Давайте честно: когда слышишь про очередной совет или палату, первая реакция — закатить глаза. Общественная палата есть, совет по правам человека есть, еще какие-то экспертные группы при каждом ведомстве. Народ в этих коридорах власти уже, кажется, стенку протер. Зачем же нам еще один этаж в этой бюрократической надстройке?
Вопрос резонный. И именно его, судя по всему, и хотят использовать авторы законопроекта. Они смотрят на ситуацию прагматично: если при пятидесяти парламентах советы работают спустя рукава, а при десяти вообще не созданы, зачем плодить сущности? Может, проще признать: Общественная палата, которая есть в каждом регионе, вполне тянет функцию главного народного контролера. Нечего размазывать тонкий слой общественной активности по тонким тарелкам.
Но есть в этой логике одно уязвимое место. Оно называется «принцип тотальности контроля».
Власть — штука сложная, многоголовая. И если разрешить ей выбирать, за какой головой следить, а за какой — не обязательно, велик соблазн оставить без присмотра самые чувствительные зоны.
Общественная палата — это орган «снаружи». Она смотрит на парламент и прочие ветви власти со стороны. Общественный совет при законодательном собрании — это орган «внутри». У него потенциально есть доступ к законотворческой кухне на стадии, когда закон еще только варится. Это разные оптики. Одна оценивает готовое блюдо, другая может подсмотреть, не пересолил ли повар, пока никто не видит.
И вот тут мы упираемся в главный вопрос, который так и не прозвучал в статье прямо, но витал в воздухе: а мы вообще доверяем нашей власти настолько, чтобы разрешить ей ослаблять контроль? Ведь если подумать, эти советы при парламентах — как жёлтый свет светофора. Можно проскочить и без него, но с ним, согласитесь, как-то спокойнее.
Спор вокруг законопроекта, таким образом, сводится не к вопросу «быть или не быть общественному контролю», а к поиску работающей модели: что эффективнее — развивать существующие механизмы или сохранять обязательность создания новых, даже если они рискуют остаться лишь на бумаге. У сторонников и противников инициативы есть аргументы, и дискуссия, судя по итогам круглого стола, будет продолжена.
Материалы по теме:
Закон как фундамент будущего: как 900 нормативных актов изменили Севастополь
