Остаться в Истории – с чем связана тяга Трампа к изменению географических названий?
В конце августа президент США Дональд Трамп объявил о переименовании озера Онтарио в озеро Америка.
Онтарио — одно из пяти Великих озёр, расположенных на границе США и Канады. Новое название уже успели занести в американскую государственную базу географических наименований (GNIS). При этом премьер-министр Канады Марк Карни подчеркивает, что историческое название озера останется неизменным.
Президент США подписал указ о переименовании в разгар торговой войны между Вашингтоном и Оттавой. Канадская сторона заняла жёсткую позицию и пока отвечает симметрично. Из-за больших объёмов взаимной торговли это противостояние бьёт по обеим странам. В такой ситуации американский лидер пытается хоть как-то надавить на северного соседа. По мнению комментаторов, после неудач в Гренландии, на Кубе и в Иране, Трамп рассчитывает получить от Оттавы хотя бы символическую внешнеполитическую победу — пусть даже в споре о географическом названии.
Сама практика использования экспансионистской риторики уже стала своего рода «фирменным знаком» Трампа. В прошлом году он переименовал Мексиканский залив в «Американский». Глава Белого дома также выражал заинтересованность в превращении Канады в пятьдесят первый штат США. В начале нынешнего года Трамп вернулся к теме установления американского контроля над Гренландией с целью расширить военные возможности своей страны в Арктике. Летом Трамп заявил о намерении объявить «Американским» - Ормузский пролив. А теперь, после подписания указа о смене названия озера Онтарио, Трамп в шутливом тоне заявил журналистам, что подумывает над тем, не переименовать ли Атлантический или Тихий океан.
Экспансионистский подтекст географической риторики Трампа очевиден. Однако наблюдателям все еще остается гадать, блефует ли глава Белого дома, зондирует реакцию мирового сообщества или демонстрирует серьезность намерений? Готов ли Трамп выйти за рамки лингвистики и сделать ставку на превращение топонимии в инструмент политики? Мотивы его действий остаются провокационными и туманными одновременно: вопрос географических названий не затрагивается в Стратегии национальной безопасности, выпущенной Белым домом в конце 2025 года. Более того, в ней не упоминается большая часть территорий и регионов, оказавшихся на слуху в результате упражнений Трампа в топонимике.
Инаугурационная речь Дональда Трампа, произнесённая 20 января 2025 года, была насыщена громкими обещаниями и масштабными инициативами, объединёнными одной целью — «восстановить величие Америки». Трамп называет свой подход к внешней политике «революцией здравого смысла». Речь идет о консервативной ревизии идей, преобладавших после окончания Второй мировой войны, и вызвавших, по мнению Трампа и его сторонников, кризис во внешней политике США. Однако остаётся открытым вопрос, насколько выполнимы эти обещания.
При этом, как это часто бывает, заявления Трампа, призванные объяснить его решения, лишь усугубляют неопределенность относительно реальных планов. К примеру, в случае с Мексиканским заливом, глава Белого дома ссылался то на его экономическую важность для Америки, то на соображения «красоты и уместности» нового названия. В случае озера Онтарио, как уже было отмечено, одно из объяснений, вероятно, лежит на поверхности. Администрации Трампа пытается преодолеть негативные тенденции в американском общественном мнении, вызванные массовым неприятием бесплодной и затянувшейся войны с Ираном и непонятной многим конфронтации с Канадой. В преддверии ноябрьских промежуточных выборов Белому дому нужен хоть какой-то «успех», пусть даже сугубо символический.
Возможно, выбор географических объектов для атаки связан с представлениями главы Белого дома об американском величии. Риторика и символические жесты отражают ожидания той части американского общества, которая связывает национальное величие с патриотизмом и традиционными ценностями. Либо Трамп руководствуется резонами двойственного характера: переименования адресованы одновременно и американскому электорату, которому важен символ национального превосходства, и международному сообществу, которому посылается сигнал о жёсткой позиции Вашингтона.
Если все же рассматривать ситуацию с точки зрения более глубоких, долгосрочных мотивов, то решения Трампа о переименовании знаменуют попытку вернуть мировую политику во времена, когда торжествовал откровенный, ничем не прикрытый цинизм. Все маски окончательно сбрасываются, карты раскрываются, и позиции снова формулируются предельно открытым текстом: Соединённые Штаты считают себя «более равными, чем все остальные», и им позволено всё, что они сочтут нужным для защиты собственных интересов. Начинается новый раунд большой геополитической игры, в которой прежние правила и условности больше не работают.
Соответственно, границы между государствами никогда не были проведены раз и навсегда - передел мира не прекращался никогда, просто в определённые периоды он ускоряется и становится более заметным. История геополитики продолжается, и нынешняя риторика Трампа является частью этого процесса. А его «географические» заявления направлены сразу на два фронта: с одной стороны, они призваны противодействовать «врагам Америки», а с другой — закладывают основу для глубокого и долгосрочного переформатирования отношений даже с традиционными «друзьями» и «союзниками», которым теперь придётся привыкать к новому, гораздо более жёсткому стилю взаимодействия с Соединенными Штатами.
Смена географических названий может быть первым шагом силовой экспансии, а может выступать и долговременным паллиативом таковой. В январе 2026 года пригрозив взять под контроль богатую ресурсами и стратегически расположенную Гренландию - либо экономическим принуждением, либо даже военной силой, Трамп спровоцировал коллективное возмущение остальных союзников по НАТО, и оказался в определенной изоляции. Начни он с переименования острова – какова была бы реакция остальных атлантистов? К примеру, одностороннее переименование озера Онтарио – прямое посягательство на канадский суверенитет, вопреки ожиданиям пока не спровоцировало острый дипломатический кризис.
Идет ли Трамп «другим путем» в случае озера Онтарио или Мексиканского залива? Смена наименования – это недвусмысленная, но формально менее агрессивная демонстрация суверенитета. Названия географических объектов - это не просто топонимика, это - маркеры влияния. Переименовав объект на географической карте, Трамп как бы посылает сигнал: это наша сфера влияния, наша территория, и мы вольны называть её так, как хотим. Это акт символического присвоения. Это, наконец, попытка стереть «неамериканский» компонент из общего пространства, подчеркнув доминирование США в том или ином регионе.
Однако и ограничения такой символической экспансии вполне очевидны. Так, не трудно предположить, что жгучий интерес Трампа к Гренландии и Канаде продиктован практическим стремлением претендовать на значительно больший сектор Арктики. В борьбе за ресурсы, транспортные маршруты и военное присутствие в регионе, чьё значение будет только расти по мере изменения климата и таяния льдов. Разговоры о грядущем переделе Арктики ведутся далеко не первый день. В конце августа министр иностранных дел России Сергей Лавров в очередной раз напомнил, что страны НАТО открыто намерены превратить регион в новый фронт для сдерживания развития России и её союзников. По его словам, западные государства целенаправленно нагнетают недоверие в военной сфере и одновременно пытаются подорвать законные права РФ на международное сотрудничество в регионе, создавая тем самым предпосылки для дальнейшей эскалации напряжённости на Крайнем Севере.[i]
Любопытно будет проследить, станет ли Вашингтон требовать от всего мира использовать новые названия для объектов, переименованных Трампом? Если да, то такой подход со стороны сверхдержавы противоречил бы самой логике единоличного «величия Америки». Ведь такая гегемонистская логика, которой соответствуют идеи Трампа об потенциальной аннексии Гренландии, включении Канады в состав США и возвращении Панамского канала - не предполагает стремления к формальному одобрению со стороны мирового сообщества. Скорее ожидается, что мир послушно признает свершившиеся факты.[ii]
Топографические экзерсисы Трампа могут рассматриваться как любопытный пример «распространения символической политики на сферу географии». Меняя общепринятые географические названия, Трамп проверяет границы дозволенного. Он, как мастер политического перформанса, показывает, что он может делать вещи, которые кажутся невозможными или абсурдными, но мир, по меньшей мере, закроет на это глаза. Мировое сообщество может возмущаться, ООН может не соглашаться, но внутри США для избирателя это выглядит как «наш президент настолько силен, что даже география подчиняется ему».
В целом, речь идет о попытке демонстрации силы посредством трансформации реальности через язык. Контроль над языком, в данном случае - географическими названиями, создает впечатление контроля и над восприятием реальности. Это напоминает классический прием создания новой топонимики для утверждения новой идеологии. Переименование — дешевый способ «расширить» Америку символически в отсутствие ресурсов для физического захвата территории. Трамп, будучи популистом, использует этот инструмент для формирования представления, что при нем США начали новую эру, где старые правила не работают, а Америка диктует условия.
Возможен ли успех подобной политической линии, с учетом хаотичности и спонтанности, характерной для нынешней мировой политики, вопрос открытый. Полностью исключать подобного развития событий нельзя, с учетом сохраняющегося значительного потенциала Америки. Но для этого явно недостаточно таких символических «побед». Вне всяких сомнений, экспансионистская риторика Трампа не способна скрыть тот факт, что влияние Соединенных Штатов в международных делах неуклонно снижается. А формирующийся мировой порядок меняет расстановку сил не в их пользу. В таких условиях, претензии на «контроль» над той или иной территорией посредством восстановления «правильных» названий лишь подчеркивают отсутствие результата в реальной политике.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Ключевые слова: геополитика Дональд Трамп география экспансия топонимика озеро Онтарио
