Восточные морские артерии перерезает топор войны
Большинство торговых маршрутов, которым угрожает перекрытие, расположены далеко от России. Исключение составляет балтийское «окно в Европу»: четыре пролива – Малый Бельт, Большой Бельт, Эресунн и Каттегат – ведут из Балтики в Северное море и далее в Атлантику. В июне министр иностранных дел Дании Ларс Расмуссен заявил, что власти страны рассматривают возможность ограничения судоходства в Балтийском море.
Формально ограничения могут коснуться старых танкеров, перевозящих российскую нефть. Датчане уже собрали группу государств-союзников для оценки мер противодействия судам, доставляющим топливо из РФ.
Ещё в августе 2023 года специалисты Института развития технологий ТЭК распространили аналитическую записку , в которой указывали на вероятность ограничения передвижения танкеров с российской нефтью и нефтепродуктами по датским проливам.
В ходе Первой и Второй мировых войн воюющие стороны пытались заблокировать датские проливы для неприятельских судов. В период холодной войны натовские стратеги рассматривали вариант взятия этой акватории под контроль и недопущения движения в её пределах советских кораблей и подлодок.
Москва, судя по всему, осознаёт всю серьёзность угроз из Копенгагена, и с 5 по 15 июня 2024 года на Балтике были проведены оперативные учения по защите морских коммуникаций, в которых участвовали до 40 надводных кораблей, более 3,5 тысячи военнослужащих и до 500 единиц боевой и специальной техники.
Для мировой торговли острее всего стоит вопрос остановки судоходства по главному торговому маршруту между Европой и Азией, пролегающему через Красное море. Активизация хуситов вынудила перевозчиков грузов перенаправить морские караваны в обход Африки, что существенно удлинило трафик и, соответственно, способствовало удорожанию товаров. По данным издания Lloyd’s List, ранее через Суэцкий канал в год проходило 17 тыс. судов, перевозивших товары на сумму около 1 трлн долларов. Красное море охватывало около 12 процентов мировых торговых потоков.
Признаков улучшения ситуации в этой акватории нет, хуситы фактически взяли под контроль Баб-эль-Мандебский пролив, перекрыв коммуникации с Израилем по Суэцкому каналу, рассказывает «Октагону» востоковед Станислав Тарасов:
– Контора, управляющая каналом, терпит большие убытки, товарооборот сократился почти на 80 процентов. При этом хуситы используют внешнеполитическую напряжённость для решения внутренних задач: причиняя ущерб торговле и нанося довольно удачные удары по военным кораблям, они стремятся, по сути, повторить опыт ХАМАС, пытаются добиться международного признания как ведущая сила в Йемене.
Хуситы зачастую воспринимаются как иранские прокси, однако Тегеран готов задействовать другие резервы. В декабре 2023 года бригадный командир Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Мохаммад Реза Нагди предупреждал, что в случае продолжения боевых действий в секторе Газа стоит ожидать «зарождения новых сил сопротивления», которые перекроют Средиземное море и Гибралтар. Нагди не сказал, где могут возникнуть эти «новые силы сопротивления», однако агентство Reuters отмечало, что в Средиземноморском бассейне могут попытаться перекрыть Гибралтарский пролив проправительственное ополчение в Сирии или ливанская «Хезболла».
– Баб-эль-Мандебский пролив представляет собой узкое горлышко, поэтому хуситам удалось взять его под контроль. А в районе Гибралтара находится военно-морская база Британии. Там курсируют авианосцы США, которые в случае обострения смогут взять ситуацию под контроль. К тому же там с одной стороны расположена Испания, член НАТО, с другой – Марокко, дотянуться до которых проиранским силам будет непросто, – говорит он.
Востоковед, эксперт Российского совета по международным делам Кирилл Семёнов делится предположением по поводу того, что мог иметь в виду Мохаммад Реза Нагди:
– Это силы в Египте, которые могут действовать на Синайском полуострове – там довольно сильна поддержка действий хуситов. Есть сильные группировки в Нигерии. В Западной Сахаре действует военно-политическая организация ПОЛИСАРИО, с которой Иран стремится наладить отношения. Эти структуры не обладают значительной боевой мощью, но могут создать проблемы в Средиземном море.
Большое значение для нефтяных перевозок имеет Ормузский пролив, через него идёт до трети мировых поставок чёрного золота. Этот маршрут пролегает через территориальные воды трёх государств – Омана, Ирана и ОАЭ. Но только у Тегерана есть возможность полностью контролировать водный путь. При этом исламская республика неоднократно давала понять, кто в проливе хозяин. Последний раз – в апреле 2024 года, когда подразделение КСИР задержало судно, шедшее под флагом Португалии. Тогда среди задержанных оказался россиянин. В январе 2024-го иранский морской спецназ захватил танкер, который в своё время был конфискован у страны американцами, использовавшими его по своему усмотрению.
Как считает Кирилл Семёнов, на обострение в районе Ормузского пролива Тегеран может пойти только в случае эскалации со стороны Соединённых Штатов.
– Нужно учесть, что этот маршрут очень важен для Саудовской Аравии, Катара, ОАЭ, Кувейта – государств, с которыми у Тегерана сравнительно недавно стали налаживаться отношения. Их интересы в случае конфликта сильно пострадают, поэтому иранская сторона будет действовать предельно осмотрительно, – поясняет собеседник.
Не исключено осложнение обстановки в Малаккском проливе – основной артерии, соединяющей Индийский океан с Тихим. Он используется Индией, Китаем и Индонезией. В год через пролив проходит около 50 тыс. судов, что составляет, по различным оценкам, от 20 до 25 процентов мирового товарооборота. Активно курсируют по нему нефтяные танкеры, перевозящие до 16 млн баррелей нефти (оценка за 2016 год).
Этот пролив нередко называют ахиллесовой пятой Китая, замечает главный научный сотрудник Института востоковедения РАН Андрей Островский.
– Через него проходят значительные объёмы грузов, в том числе энергоресурсы в КНР. Поэтому китайская сторона подписала с Россией соглашения о поставках нефти и газа: наша общая граница обеспечивает стабильность таких поставок, – объясняет он «Октагону».
В декабре 2023 года, вскоре после начала боевых действий в Газе, Малайзия запретила заходить в свои порты кораблям с израильским флагом, а также тем, кто доставляет грузы для еврейского государства. Кроме того, доступ в пролив был закрыт для судов израильской компании ZIM Integrated Shipping Services.
В конце 1990-х – начале 2000-х годов судоходство в Малаккском проливе находилось под угрозой из-за возросшего пиратства (это явление существовало там уже несколько сотен лет). Такое обстоятельство вынудило Индонезию, Малайзию и Сингапур, а позднее и Индию организовать совместное военное патрулирование и борьбу с флибустьерами. И хотя общими усилиями проблема была решена, единичные случаи нападения на торговые суда происходят по сей день.
Сегодня главной угрозой судоходству в проливе являются территориальные споры и конфликты, в которые вовлечены государства региона (чаще всего они ведутся с участием Китая). Кроме того, в регионе повышается активность Соединённых Штатов, пытающихся сдерживать КНР, отмечает Андрей Островский.
– Американцы недаром создали блок AUKUS, имеющий антикитайскую направленность и способный контролировать зону, через которую проходит Малаккский пролив. Они могут также опираться на Южную Корею и Японию для воздействия на обстановку в своих интересах, – заключает эксперт.