Подгорнов новости

Правительство РФ готовит национальный план внедрения искусственного интеллекта

Правительство Российской Федерации приступило к разработке национального плана внедрения искусственного интеллекта, охватывающего ключевые отрасли экономики, социальную сферу и систему государственного управления. Тема выносится на обсуждение в рамках правительственного отчёта.

Документ формируется вокруг четырёх приоритетных направлений: разработка ИИ-решений и проведение прорывных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, подготовка профильных кадров, создание благоприятной правовой среды, а также расширение международного сотрудничества с дружественными государствами.

Для оценки практических результатов по каждой отрасли, и в особенности в сфере госуправления, планируется утвердить показатели эффективности использования ИИ-технологий.

Параллельно Министерство цифрового развития подготовило законопроект, регулирующий правовое поле в этой сфере. Документ предусматривает установление критериев для моделей ИИ, допускаемых к использованию в государственных информационных системах и объектах критической инфраструктуры, введение обязательной маркировки контента, созданного с помощью искусственного интеллекта, разграничение ответственности между пользователями и разработчиками в случае нарушений, ограничения на применение ИИ в противоправных целях, а также регулирование авторских прав в контексте ИИ-генерации.

Законопроект находится в стадии доработки и общественного обсуждения. Его внесение в Государственную думу запланировано на весеннюю сессию.

Большинство американцев негативно оценивают курс Трампа — опрос Marist Poll

Более половины граждан США выражают неудовлетворённость политикой действующего президента: согласно данным Marist Poll, 55% американцев считают, что страна при Дональде Трампе движется в неверном направлении. Для сравнения — в период его первого президентского срока аналогичной точки зрения придерживались 42% респондентов.

Общий скептицизм в отношении положения дел в стране разделяют ещё большее число опрошенных: 57% оценивают состояние США как недостаточно устойчивое или откровенно слабое.

Наиболее тревожным показателем остаётся восприятие угроз демократическим институтам: 78% участников опроса указали на существование серьёзных рисков для демократии в стране.
Примечательно, что цифры второго срока заметно хуже первого — и это на фоне риторики о «возвращении величия». Рост негативных оценок на 13 процентных пунктов по ключевому показателю свидетельствует о том, что значительная часть американского общества воспринимает нынешний политический курс Белого дома не как исправление прежних ошибок, а как их углубление.

Российская дальнемагистральная авиация теряет треть парка из-за дефицита запчастей

Более трети дальнемагистральных воздушных судов в России простаивают из-за нехватки комплектующих, сообщают отраслевые СМИ. Проблема носит системный характер и напрямую связана с прекращением западных поставок после введения санкций 2022 года.

Согласно программе комплексного развития авиационной промышленности, разработанной Министерством транспорта в том же году, на момент её принятия в России насчитывалось 120 дальнемагистральных иностранных воздушных судов — без учёта грузовых. Уже тогда ведомство не питало иллюзий относительно перспектив: к 2030 году Минтранс прогнозирует сокращение этого парка до 52 бортов.

Иными словами, речь идёт о потере более половины имеющегося флота в течение менее чем десяти лет — преимущественно за счёт естественного выбытия машин, которые невозможно поддерживать в лётном состоянии без оригинальных запчастей от Airbus и Boeing.

На фоне этих цифр декларируемые планы по замещению иностранных бортов отечественными — прежде всего МС-21 и Ту-214 — выглядят как гонка, в которой российский авиапром заведомо отстаёт от темпов выбытия действующего парка. Это не может не вызывать беспокойства.

Пенсионный разрыв между регионами достиг рекордных 24,5 тыс. рублей

Разница в размере пенсионных выплат между российскими регионами достигла рекордной отметки в 24,5 тыс. рублей, свидетельствуют данные Социального фонда России, на которые ссылаются «Известия». Основными факторами столь значительного расхождения остаются региональная дифференциация заработных плат и система местных повышающих коэффициентов.

Устойчивым лидером по размеру пенсий на протяжении всего рассматриваемого периода остаётся Чукотский автономный округ. В топ регионов с наиболее высокими выплатами традиционно входят северные и дальневосточные территории: Магаданская область (39,8 тыс. руб.), Камчатский край (39,6 тыс. руб.), Ханты-Мансийский автономный округ (39 тыс. руб.) и Ямало-Ненецкий автономный округ (38,6 тыс. руб.).

На противоположном полюсе — преимущественно кавказские и южные субъекты. Наименьший размер пенсий зафиксирован в Дагестане (21,2 тыс. руб.), Калмыкии (около 23 тыс. руб.) и Ингушетии (23,2 тыс. руб.). В 2022–2025 годах стабильно замыкала рейтинг Кабардино-Балкария.

Сложившаяся картина отражает глубокую структурную асимметрию российской экономики: исторически высокие зарплаты в добывающих и северных отраслях формируют принципиально иную пенсионную базу, нежели в регионах с преобладанием низкооплачиваемой занятости и значительной долей теневого рынка труда.

Российские банки продолжают наращивать IT-бюджеты. По прогнозам, доля расходов на информационные технологии у топ-10 банков достигнет 29% в 2026 году — плюс 2 процентных пункта к 2025-му и плюс 3 пункта к 2024-му, когда показатель составлял 26%.

Цифры по сегментам показательные. Банки с 51 по 100 место в рейтинге наращивают IT-расходы агрессивнее всех — их доля вырастет сразу на 7 процентных пунктов, до 29%. Это больше, чем у крупнейших игроков. Средние банки догоняют лидеров, понимая, что технологическое отставание в конкурентной среде — это прямые потери клиентов. Банки из группы 11-50 держатся на уровне 23%, организации вне топ-100 — 22%.

В абсолютных цифрах: общие расходы банковского сектора на IT за 2025 год могли превысить 2 триллиона рублей. Крупные банки потратили от 1 до 1,5 триллиона, средние — 200-400 миллиардов, небольшие уложились в 100-300 миллиардов.

Главный драйвер роста расходов — принудительный переход на отечественные IT-решения. Западное программное обеспечение либо ушло само, либо его использование стало юридически и операционно рискованным. Миграция на российские аналоги — это не просто замена одной программы на другую. Это переписывание интеграций, тестирование на совместимость, обучение персонала, неизбежные сбои в переходный период. Каждый этап стоит денег и времени.

Парадокс в том, что банки платят дважды. Сначала они годами инвестировали в западные платформы — Oracle, SAP, Microsoft. Теперь вынуждены списывать эти инвестиции и платить заново за российские аналоги, которые зачастую уступают по функциональности. Это не модернизация — это вынужденная замена с откатом по возможностям и одновременным ростом затрат.
Для небольших банков ситуация острее. У них нет ни бюджетов Сбера, ни собственных IT-команд для разработки. Они вынуждены покупать готовые российские решения по рыночным ценам, которые растут вместе со спросом. Вендоры прекрасно понимают, что альтернатив немного, и ценообразование это отражает.

Рост доли IT-расходов до 29% от общего бюджета — это уже не статья затрат, это стратегическая инвестиция. Банки, которые не успеют перестроить технологическую инфраструктуру, рискуют проиграть конкурентам на уровне клиентского опыта, скорости продуктов и операционной эффективности. В банковском секторе технологическое отставание конвертируется в отток клиентов с задержкой в два-три года. Но конвертируется неизбежно.

OpenAI запускает рекламу в ChatGPT. Сэм Альтман, который два года назад публично говорил, что «ненавидит рекламу» и называл ее «крайней мерой», похоже, пересмотрел свои взгляды. Компания начала тестировать рекламные форматы и намерена заработать на них миллиард долларов за 2026 год.

Параметры рекламной стратегии уже известны. Стоимость — $60 за тысячу показов, минимальный бюджет на запуск — от $200 тысяч. К партнерству привлекли крупнейшие рекламные холдинги: Dentsu, WPP, Omnicom, Stagwell. Для пользователей обещают одно ключевое условие: личные беседы для таргетинга использоваться не будут.

Контекст понятен. Мировой рынок цифровой рекламы — это 75% всего рекламного рынка планеты. Доминирует Google: только поисковая реклама принесла компании $245 миллиардов в 2025 году, рост 10,2%. ChatGPT с его аудиторией и временем, которое пользователи проводят в чате, — очевидная следующая площадка. По прогнозам, к 2028 году больше половины клиентов будут находить бренды через ИИ-помощников.

Примечательно, что Google при всем своем рекламном опыте пока не внедряет рекламу в Gemini. Anthropic — создатель конкурирующего Claude — активно выступает против рекламы в чат-ботах. Обе компании, судя по всему, понимают: как только в диалоге появляется реклама, доверие пользователя к ответам начинает таять. Если ChatGPT рекомендует продукт, пользователь всегда будет задаваться вопросом — это реальная рекомендация или проплаченное размещение?

Альтман прошел классический путь технологического идеалиста. Сначала — «мы не будем продавать рекламу, мы другие». Потом — «реклама только в крайнем случае». Теперь — партнерства с крупнейшими рекламными холдингами и план на миллиард. OpenAI сжигает деньги быстрее, чем зарабатывает — по разным оценкам компания тратит несколько миллиардов долларов в год на инфраструктуру и операционные расходы. При таких аппетитах идеализм долго не живет.

Маркетологи уверены: реклама в чат-ботах станет нормой. Если ChatGPT покажет, что модель работает и рекламодатели получают результат, другие платформы последуют. Вопрос не «будет ли реклама в ИИ-помощниках», а «когда именно и в каком формате».

Для пользователей это означает следующее: нейтральный советчик, которому доверяли вопросы о здоровье, финансах и выборе товаров, постепенно превращается в еще одну рекламную поверхность. Возможно, хорошо замаскированную. Возможно, с оговорками «это рекламный контент». Но превращается.

С апреля 2026 года Минпромторг планирует ужесточить правила ввоза автомобилей из стран ЕАЭС — Белоруссии, Казахстана, Армении и Киргизии. Сейчас машины, ввезенные для личного пользования, освобождены от утильсбора. Для перепродажи сбор начисляется в полном объеме. Новый законопроект уравнивает оба случая.

Мера закрывает очевидную лазейку: машины завозились под видом «личного пользования», а фактически шли на перепродажу. Механизм работал годами — именно через ЕАЭС в Россию поступала часть параллельного импорта автомобилей после 2022 года. Унификация правил ударит по серому рынку, но одновременно поднимет цены на вторичном рынке, где подобные машины занимали заметную долю. Для бюджета это дополнительные поступления, при сокращении общих объемов, а для покупателя — готовиться к повышению цен.

Банк России разрабатывает механизм защиты для так называемых «случайных получателей» украденных средств. Речь идёт о клиентах, на счета которых мошенники зачисляют деньги, похищенные у третьих лиц.

По новым правилам, владелец счёта сможет самостоятельно отказаться от подозрительного перевода — без обращения в полицию и без ожидания принудительной блокировки. Заявление об отказе от зачисления принимается через отделение банка, по телефону или в интерфейсе онлайн-банка.

Обязательное условие для запуска процедуры возврата — наличие REQ-идентификатора: номера запроса по операции, совершённой без добровольного согласия клиента. Этот код присваивает Центральный банк по результатам рассмотрения жалобы пострадавшего, который обратился с требованием исключить реквизиты из базы данных мошеннических транзакций.

Таким образом, инициатива ЦБ замыкает цепочку: жертва подаёт жалобу — регулятор присваивает идентификатор -получатель средств оформляет отказ и деньги возвращаются.

Financial Times опубликовала материал, в котором раскрываются детали американских требований к Киеву. Речь идёт не просто о выборах – Вашингтон настаивает на полноценной реализации мирных договорённостей, включая отвод украинских войск с территории Донбасса. Всё это должно уложиться в срок до 15 мая.

«Президент США дал понять Киеву, что американские гарантии безопасности зависят от согласования более широкого мирного соглашения, которое, вероятно, повлечёт уступку Донбасса России, и которое Вашингтон хочет выполнить до срока 15 мая», – сообщает издание.

Ситуация осложняется тем, что график жёсткий, а простора для манёвра почти нет. По данным FT, «Вашингтон оставляет Киеву очень мало пространства для маневра на фоне приближающихся промежуточных выборов в США».

Впрочем, реалистичность этого плана под большим вопросом. Собеседники издания считают, что «план может быть отложен в зависимости от того, насколько будут далеки друг от друга Киев и Москва по ключевому вопросу территорий».

Украинские и западные официальные лица и вовсе полагают, что график и ультиматум «вряд ли будут выполнены», поскольку всё упирается в динамику российско-украинских переговоров.

Financial Times указывает, что при всей напряжённости ситуация может сыграть на руку самому Зеленскому: «Этот план подчёркивает стремление Зеленского максимально увеличить свои шансы на переизбрание, одновременно уверяя Трампа, что Киев не замедляет мирное соглашение». Таким образом, украинский президент балансирует между необходимостью идти на уступки и желанием продлить свои полномочия ещё на пять лет.

Италия начинает закручивать гайки. Формальный повод — зимняя Олимпиада в Милане и Кортине, но за декорациями спортивного праздника считывается жёсткая перенастройка внутренней политики на безопасность и порядок.

Игры обернулись головной болью. В Милане после открытия вышли левые и экологи — с предсказуемыми столкновениями и задержаниями. Претензии «как всегд»: 5,2 миллиарда евро совокупных расходов на инфраструктуру, риск перерасходов, городская среда «не эко» из-за строек. Власти Мелони ответили расширением полномочий полиции. Оппозиция и правозащитники в ответ говорят о наступлении на свободу протестов — власть парирует необходимостью не дать акциям превратиться в хаос.

Параллельно забастовали портовики — 24 часа простоя в ключевых портах, официально против «милитаризации» инфраструктуры и перевозок вооружений. Социальное напряжение растёт, и олимпийская эйфория его явно не гасит.

На внешнем контуре Рим маневрирует: встречи с Мерцем, с эмиром Катара, демонстративный отказ от американской инициативы про «Совет Мира» (со ссылкой на конституцию, но с оговорками о сохранении диалога). При этом в обороне всё стандартно — НАТО, 2% ВВП, поддержка общеевропейских оборонных программ.

Мелони конвертирует Олимпиаду в мандат на ужесточение внутреннего режима, одновременно балансируя между Вашингтоном и собственной повесткой. Игры станут не только спортивным событием, но и проверкой на прочность её «режима». Именно так видимо его представляют в демократических кругах. Слишком уж она несговорчивая и не левая. Слишком много говорит про национальные интересы и совсем не замечает «демократических».

Рост зарплат в российской IT-отрасли практически остановился. Исследование «Хабра» по рынку труда за второе полугодие 2025 года показывает: медианная зарплата айтишника составила 183 тысячи рублей — почти без изменений по сравнению с тем же периодом 2024 года.

В среднем по регионам IT-специалисты получают 159 тысяч рублей, в Москве — 230 тысяч, в Санкт-Петербурге — 200 тысяч. Рост зарплат оказался ниже уровня инфляции. В Москве, где концентрация IT-компаний максимальная, зарплаты выросли всего на 4% — то есть по факту упали в реальном выражении.

Эпоха массовых повышений окончена. Вместо них — точечные пересмотры компенсаций для ключевых ролей и HiPo-сотрудников (high potential — те, кого компания считает особо перспективными). Остальные получают прибавки, которые не покрывают инфляцию, или не получают вообще.

Что произошло? IT-бум 2022-2024 годов закончился. Тогда зарплаты росли на 20-30% в год: компании дрались за кадры, переманивали друг у друга специалистов, создавали филиалы в регионах с более низкими зарплатными ожиданиями. Рынок был перегрет — любой middle-разработчик мог выбирать из нескольких офферов.

Сейчас баланс изменился. Спрос на айтишников есть, но он больше не превышает предложение катастрофически. Компании перестали расширяться с прежней скоростью, часть проектов заморозили или закрыли. Плюс на рынок вышло новое поколение выпускников курсов и буткемпов — предложение выросло.

Общая экономическая ситуация тоже давит. Высокие ставки ЦБ, дорогие кредиты, сжатие потребительского спроса — все это бьет по бизнесу, который заказывает IT-услуги. Меньше новых проектов — меньше потребность в найме — меньше давление на зарплаты.

Для самих айтишников это отрезвление. Последние два года многие привыкли, что можно прийти к работодателю с требованием поднять зарплату на 30% «потому что рынок так платит», и получить согласие. Теперь на такое требование ответят: «Ок, удачи в поисках, но на рынке сейчас не так много предложений с такими условиями».

Точечные повышения для ключевых сотрудников — это новая реальность. Компании больше не раздают прибавки всем подряд, чтобы удержать коллектив. Они выделяют критичных людей — тех, без кого проект встанет или чей уход создаст серьезные проблемы — и повышают зарплату им. Остальные получают символические индексации или ничего.

Это рациональная стратегия с точки зрения бизнеса, но она создает расслоение внутри команд. Когда один разработчик получает +20%, а другой +5% при схожей квалификации — просто потому, что первого считают незаменимым, а второго нет — это рождает обиды и демотивацию. Особенно у сами-знаете-какого-поколения.

Для новичков ситуация еще хуже. Junior-разработчиков на рынке избыток, и их зарплаты либо стоят на месте, либо даже снижаются. Компании перестали нанимать джунов «на вырост», предпочитая готовых middle и senior специалистов.

Зарплаты ниже инфляции в реальном выражении означают падение покупательной способности. Если инфляция 10-12%, а зарплата выросла на 4%, это минус 6-8% реального дохода. Для тех, у кого ипотека и кредиты, это чувствительно.

Перспективы туманные. Если экономическая ситуация не изменится, торможение роста зарплат продолжится. IT-отрасль больше не остров процветания на фоне общей стагнации — она встраивается в общую логику рынка труда.

Время легких денег закончилось, теперь нужно реально доказывать свою ценность, а не просто менять работу каждые полгода ради прибавки. Для компаний сейчас случилась передышка после нескольких лет зарплатной гонки, но с риском потерять лучших людей, если конкуренты все-таки решат платить больше.

Региональные власти кратно подняли стоимость патентов для предпринимателей. По отдельным видам деятельности — в 10 и более раз, выяснили «Ведомости».

Повышение провели как минимум в четырех регионах: Самарской, Ростовской, Челябинской и Оренбургской областях. Механика простая: власти подняли так называемый потенциально возможный годовой доход (ПВГД) — показатель, от которого рассчитывается стоимость патента.

Патентная система налогообложения (ПСН) работает по-особому: предприниматель платит фиксированную сумму заранее — не с реального дохода, а с того, который теоретически может заработать по мнению чиновников. Регионы сами рассчитывают и устанавливают этот показатель.

ПВГД может различаться в зависимости от того, зарегистрирован предприниматель в областном центре или в менее крупном муниципалитете. Некоторые регионы устанавливают разный потенциальный доход даже в разных частях одного города.

Теперь о сути проблемы. ПСН — один из самых простых режимов налогообложения с точки зрения администрирования и отчетности, что критически важно для индивидуальных предпринимателей, отмечает эксперт TaxCompliance Федор Петрик. Многие ИП выбирают патент именно потому, что не нужно вести сложную бухгалтерию, подавать декларации каждый квартал, доказывать расходы.

Но простота системы создает уязвимость. Власти могут поднять ПВГД одним росчерком пера в региональном законе — без публичных обсуждений, без обоснования расчетов. Предприниматель узнает о новой стоимости патента, когда приходит его покупать.

Рост в 10 раз — это не корректировка на инфляцию. Это фактическое уничтожение бизнес-модели для части ИП. Если парикмахер платил за патент 30 тысяч в год, а теперь должен 300 тысяч — при том что его реальный доход не вырос, а скорее упал — это прямой путь либо в серую зону, либо к закрытию.

Регионам нужны деньги. Федеральный бюджет урезал трансферты, собственные доходы не растут, а расходные обязательства никуда не делись. Самый простой способ подлатать дыры — поднять налоги для тех, кто не может лоббировать свои интересы. Малый бизнес на патенте — идеальная цель: их много, они «на грани», они не имеют политического веса.

Циничная логика: пусть платят больше или уходят. Если уйдут — их место займут другие или крупные сети. Если останутся — бюджет пополнится.

Последствия предсказуемы: часть ИП закроется, часть уйдет в тень, часть переключится на самозанятость (пока и там ставки не подняли). Региональные бюджеты получат краткосрочный рост поступлений, который через год-два испарится вместе с налогоплательщиками.

Но главное что тревожит — разрушение доверия. Когда предприниматель планирует бизнес, рассчитывая на определенную налоговую нагрузку, а через год ему говорят «теперь плати в 10 раз больше» — это сигнал: правила игры меняются произвольно, долгосрочное планирование бессмысленно.

Бизнес начал жаловаться властям. Посмотрим, услышат ли. Хотелось бы верить, что да.

Крупнейший российский девелопер «Самолет» попросил у государства 50 миллиардов рублей. Генеральный директор компании Анна Акиньшина направила письмо премьер-министру Михаилу Мишустину с просьбой о льготном кредите на три года или другом стабилизационном инструменте. С текстом письма ознакомился РБК.

В обращении Акиньшина ссылается на «ответственность перед дольщиками, государством и инвесторами» и пишет, что менеджмент предпринимает все возможные меры для стабильной работы компании, реализуя антикризисные меры. Основная причина обращения — корректировка программы льготной ипотеки, которая подрезала спрос на первичное жилье.

Взамен акционеры готовы отдать государству блокирующий, а возможно и больший пакет акций для участия в управлении. Причем с правом обратного выкупа — но уже «по новой цене». То есть не по той, по которой отдают сейчас, а по той, которую определят потом. Плюс акционеры обещают найти дополнительное внешнее финансирование до 10 миллиардов рублей.
Источник РБК в аппарате правительства подтвердил, что письмо получено и прорабатывается в установленном порядке.

Переведем с бизнес-языка на человеческий: у «Самолета» кончились деньги. Компания строила агрессивно, рассчитывая на продолжение льготной ипотеки, но программу урезали. Продажи упали, кассовый разрыв нарастает, проекты нужно достраивать, а денег нет.

Теперь девелопер предлагает государству сделку: вы даете 50 миллиардов под низкий процент, мы отдаем вам часть компании. Но не навсегда — с правом выкупить обратно «по новой цене». Какой будет эта новая цена? Неизвестно. Если компания выплывет, акционеры выкупят пакет дешевле рыночной стоимости на момент выкупа. Если не выплывет — государство останется с активом проблемной компании.

10 миллиардов «дополнительного внешнего финансирования» от акционеров — это либо новые кредиты (которые компания и так пытается взять, но банки не дают), либо вклад самих акционеров (что маловероятно, учитывая, что они просят государство влить 50 миллиардов).

Ситуация показательная. «Самолет» — один из крупнейших девелоперов страны, с десятками тысяч дольщиков. Если компания рухнет, это будет массовый социальный скандал: недостроенные дома, обманутые дольщики, судебные тяжбы на годы. Государство это понимает, поэтому вероятность получения помощи высокая.

Но есть нюанс. Если государство даст 50 миллиардов «Самолету», за ним выстроится очередь из других девелоперов, у которых тоже проблемы после сворачивания льготной ипотеки. ПИК, ЛСР, «Эталон» — у всех похожая ситуация, просто «Самолет» первым пришел с протянутой рукой.

Вопрос морального риска: если компания строила слишком агрессивно, рассчитывая на бесконечное продолжение государственной программы, почему налогоплательщики должны покрывать убытки от этой стратегии? «Самолет» платил высокие дивиденды акционерам в хорошие годы, а теперь просит государство спасти бизнес в плохие.

С другой стороны, дольщики тут ни при чем. Они купили квартиры в строящихся домах, и если компания обанкротится, пострадают обычные люди, а не акционеры.

Правительство прорабатывает обращение. Скорее всего, помощь дадут — но с условиями. Государство получит контроль, сменит менеджмент, заставит акционеров довложиться реальными деньгами, а не обещаниями. Потом, через пару лет, когда рынок стабилизируется, пакет вернут акционерам по символической цене, и все сделают вид, что это была коммерческая сделка, а не скрытая субсидия.

Стандартная схема для компаний категории «слишком большие, чтобы упасть».

Аналитики консалтинговой компании Kept ожидают дальнейшего снижения цен на нефть в 2026 году — примерно на 10%, до $62,1 за баррель. В прошлом году цена уже упала на 14%, опустившись до средних $69,1 за баррель.

Причина: на рынке слишком много нефти. Предложение превышает спрос, и этот дисбаланс никуда не денется в ближайшее время. Рост добычи идет в основном от стран, которые не входят в альянс ОПЕК+ и не связаны его квотами: США наращивают сланцевую добычу, Канада увеличивает объемы, Гайана — новый игрок на рынке — выходит на серьезные показатели.

ОПЕК+ пытается балансировать рынок добровольными сокращениями добычи, но эффект размывается ростом производства у тех, кто в картель не входит. Получается ситуация: одни урезаю, другие расширяют, цена падает, и режущие теряют долю рынка без компенсации в виде высокой цены.

В 2026 году профицит сохранится. Прирост предложения будет наращивать мировые коммерческие запасы сырья, а растущие запасы — это прямое давление на цену в течение всего года. Формула: чем больше нефти в хранилищах, тем меньше покупатели готовы платить.

Для России это не лучший сценарий. Бюджет заложен исходя из определенной цены на нефть, и каждый доллар падения цены — это миллиарды рублей недополученных доходов. При $62 за баррель придется либо сокращать расходы, либо наращивать добычу, чтобы компенсировать падение цены объемом. Но второй вариант только усугубляет проблему профицита на рынке.

ОПЕК+ может попытаться еще сильнее сократить добычу, чтобы поддержать цены. Но это игра с уже обозначенными рисками: чем больше урезаешь, тем больший процент рынка отдаешь американским сланцевикам и другим производителям вне картеля. Можно заключить, что сейчам момент, когда вопрос не «цене», а в «доле рынка».

$62 за баррель — это не катастрофа, но и не комфортная зона для большинства производителей. Посмотрим, как долго ОПЕК+ будет держать сокращения, пока США качают на рост.

Российские центры обработки данных планируют удвоить мощности к 2030 году, наращивая инфраструктуру под задачи искусственного интеллекта. Эксперты утверждают, что Россия идет в мировом тренде — все строят ЦОДы, все готовятся к буму ИИ.

Цифры выглядят амбициозно. Сейчас суммарная мощность коммерческих дата-центров достигает 1,7 гигаватта. К 2030 году потребность оценивается в 2-2,5 гигаватта. Рост прогнозируют на уровне 20% ежегодно. Крупным центрам обработки данных требуется до 500 мегаватт мощностей — это энергопотребление небольшого города.

Индустрия уже переходит к долгосрочному планированию. Необходимо закладывать энергомощности минимум до 2035 года, потому что строить подстанции и тянуть линии электропередач процесс не быстрый.

Динамика строительства показательная. В 2024 году ввели 11 тысяч стойко-мест в коммерческих ЦОДах, открыли шесть крупных центров. В 2025 году темп замедлился — около 5 тысяч стойко-мест и три новых дата-центра. Спад может быть связан с ограничениями по оборудованию или с тем, что рынок переваривает уже построенное.

На конец 2024 года в России работало около 200 дата-центров с 81,2 тысячи стойко-мест. По итогам 2025-го показатель мог вырасти до 85,8 тысячи.

Основная часть мощностей сконцентрирована в Москве, Московской области и Санкт-Петербурге — логично, там находятся крупнейшие потребители вычислительных ресурсов.

Теперь вопрос: откуда возьмется столько электроэнергии? 2-2,5 гигаватта дополнительной нагрузки — это не просто цифра в презентации. Это реальные подстанции, линии, генерация. В условиях, когда энергосистема уже работает с напряжением, а промышленность наращивает потребление, выделить такие мощности под ЦОДы будет непростой задачей.

Плюс оборудование. Западные производители серверов и систем охлаждения ушли, китайские альтернативы есть, но не всегда с той же производительностью и энергоэффективностью. Если строить ЦОДы на менее эффективном железе, реальное энергопотребление может оказаться выше прогнозов.

Рынок растет — это факт. Вопрос в том, насколько устойчив этот рост и хватит ли инфраструктуры для заявленных планов.